Гибель «Курска»: На спасение подводников были часы, а не дни
Норвежская разведка узнала об аварии подлодки «Курск» сразу, но доложила об этом американцам, а не русским
В американском издании «Интерсепт» был опубликован документ, датированный 26 октября 2006 года, с показаниями сотрудника Агентства нацбезопасности США, который находился в Осло в момент аварии на подлодке «Курск». Он в своих показаниях говорит, что норвежская разведка узнала об инциденте с «Курском» за 3,5 часа до того, как сообщение об аварии поступило в Северный военный флот ВМФ РФ. Зная о катастрофе, норвежская служба первой оповестила американскую, а не российскую сторону.
Как раз закончилась ельцинская эпоха, и в это время во всех наших министерствах, ведомствах сидели американские советники, которые получали сведения из первых рук. Вполне возможно, что информация по подводной лодке прошла и через нас. Можете почитать Полторанина «Власть в тротиловом эквиваленте», где он говорит об этом: в Министерстве обороны России находились американские советники, которые говорили, что нам надо резать, а что надо сохранять. А резать надо было всё, что им мешает в море.
Вполне возможно, что норвежцы получили какие-то данные со своих сейсмических станций или судна «Мариата», которое находилось рядом. На нём, видимо, имелись какие-то аппараты слежения за тем, что происходит на наших полигонах боевой подготовки. Потому что на этой «Мариате» находится не норвежский, а американский экипаж. Она постоянно тут как тут, ходит и всё фиксирует. Вполне возможно, что они информировали сразу американскую сторону как союзника по НАТО. А нас ставить в известность не посчитали необходимым, думая, что мы и так должны всё знать. Могла быть и такая ситуация.
И ещё у нас в ВМФ существует традиция, что если что-то случилось, то не спеши сразу докладывать. Хотя бы разберись, что там произошло. Может быть, время и было потеряно на то, чтобы как раз разобраться. По всем инструкциям положено считать, что если лодка не вышла на связь в установленное время, то надо начинать волноваться. А у них проходили учения. «Пётр Великий» находился недалеко и стрелял крылатыми ракетами. Вариантов много. Наши запаздывают всегда с докладами из-за боязни: а вдруг что-то не так, и тебя сразу снимут за это. А ситуация неясная и разбираться не 5-10 минут. К этому моменту «Курск» на связь уже выйти не мог. Как установлено, все отсеки по 5-бис включительно были затоплены, где-то произошли возгорания, это установлено после вскрытия лодки.
В России обвиняют норвежцев, что те намеренно не говорили о гибели моряков, что им было наплевать на них. Но военные учения, военные секреты накладывают определённые требования на разведывательные службы. И чтобы не было утечки информации по различным каналам, возможно, они перестраховались.
Я выскажу сейчас крамольную мысль о том, что в первую очередь в гибели наших ребят виновато руководство, которое вовремя не оказало помощь. Выяснилось, что очень много спасательных средств распродано, но самое интересное, что у нас на Северном флоте есть отряд глубоководников. И были они использованы или нет, сказать сложно, и, наверное, никогда вам никто не скажет. Но у нас были силы и средства для того, чтобы выяснить, что же произошло с этой лодкой, когда её обнаружили. Это моя крамольная мысль, потому что на «Курске» погибли два моих ученика — Олег Носиковский и Сергей Фитерер, которых я учил в Калининградском училище.
Выдвигались всякие гипотезы, но когда пошли наши доклады, что подводная лодка легла на дно, всё в порядке, перестукиваются, чуть ли не воздух и продукты подают уже, мы сразу всё поняли. Атомная лодка на дно лечь не может, может лечь дизельная, а у атомной снизу забор воды для охлаждения реактора. Если она ляжет, то реактор может грохнуться, или его надо глушить. А заглушив реакторы, лодка не всплывёт уже. Нам сразу стало понятно, что это большая катастрофа даже после первых сообщений, а дальше всё шло к тому, что надо было вытаскивать этих ребят из последних отсеков. Безусловно, на это дело были часы даже, не дни. И тогда можно было кого-то спасти. Начали собирать со всей России водолазов из Геленджика, Черноморска, Севастополя, с Дальнего Востока. Это странно, когда под рукой у них на Северном флоте были всякие «Лошарики» и прочее. Правда, я не знаю, как его можно было использовать с точки зрения спасения. Можно было колокол посадить на кормовую площадку, которая имела возможность открыться. Вздёрнуть этот люк и всё-таки ребят вытащить оттуда. Но даже если было бы несколько человек спасённых, мы бы конкретно знали, что же произошло с этой лодкой.